Виталий Аксёнов — Размышление song lyrics and translation
The page contains the lyrics and English translation of the song "Размышление" by Виталий Аксёнов.
Lyrics
Метель прибила, легенький недуг.
Я долго шел к своим мечтам рваный и раненный,
Лишь только я свой путь пройду, ни кто-нибудь.
И даже та, что в эшелонах грязных парится,
Тая в душе и нежность и покой,
С Якуба Коласа до Серебрянки в спор и сорицу
Своей судьбой, своей судьбой.
И тут же к ней зашел кудрявый и легонечко
Отвесил низкий затяжной поклон,
Ушат лести вылил скромно и тихонечко
И что поделать с ним, он выбрал свой загон.
В рядах базарных как-то встретил Васю-дачника,
Имел он чудный дар и вроде врачевал,
Но все несет он молча свой крест неудачника
И не стереть, сынок, что Бог нам написал.
Птице — полет да полет, гостю — почет мой, почет,
А другу — верности вкус, а бродяге — дорога,
Батяне, матери — лет да лет, встречному — привет, привет,
И всем кого не дождусь — удачи немного.
Клубы тумана по дороге ветром порваны,
Мой сводный брат в пути не первый год,
Глотая трасу с огоньками и кордонами,
Он шоферит по тиху и дай Бог.
А вот и тот малец на ком околыш бархатный,
Что арестантов отборной бранью угощал,
Он бы не плохо пропотел на земле не вспаханной,
Но видно батька в детстве все ему прощал.
А вот того несёт безудержно натура русская,
Частенько подогрет, его не трожь.
Он вроде малый не плохой, но тропка узкая
Его ж потом ни чьим рублем не отшибешь.
И ты меня, старик, не тронь в той тихой гавани,
Метель утихла и прошел недуг.
Я как и прежде где-то рваный, где-то раненный,
Но шаг за шагом знайте путь я свой иду.
Lyrics translation
Snowstorm nailed, a slight illness.
I went to my dreams for a long time torn and wounded,
As soon as I go my way, no one else.
And even the one that is in the echelons of dirty steam,
Melting in the soul and tenderness and peace,
From Yakub Kolas to Serebryanka in spor and soritsa
Your destiny, your destiny.
And then curly came to her and lightly
He made a low, lingering bow,
The tub of flattery poured out modestly and quietly
And what to do with it, it chose its own paddock.
In the ranks of the marketplace once met a Bob-the cottager,
He had a wonderful gift and seemed to heal,
But still he bears his cross of failure in silence
And you can't erase what God wrote to us, son.
To the bird-flight Yes flight, to the guest-my honor, honor,
And friend-loyalty taste, and a tramp-the road,
Butane, mother years of years, the counter — Hello, Hello,
And to all who do not wait — good luck a little.
Clouds of fog on the road are torn by the wind,
My stepbrother has been on the road for years,
Swallowing the trail with lights and cordons,
He's a driver on tichu and God forbid.
And here's the kid with the velvet band,
That the prisoners were treated to choice abuse,
He would not have sweated badly on land that was not plowed,
But apparently my father forgave him everything as a child.
But that is carried unrestrainedly by the Russian nature,
Often warmed up, do not touch it.
He seems like a good kid, but the path is narrow
It well then no one's ruble otshibet
And you, old man, don't touch me in that safe Harbor,
The snowstorm subsided and the illness passed.
I am as before somewhere torn, somewhere wounded,
But step by step, know the way I'm going.