Виталий Аксёнов — Батя Николай song lyrics and translation
The page contains the lyrics and English translation of the song "Батя Николай" by Виталий Аксёнов.
Lyrics
Клены да березоньки полегли.
Здесь на этой сопочке — вот беда,
Выбиваем душеньку из врага.
Чтобы этот крепеньки, все, что есть забыл
Навсегда откушался, да остыл.
Ах, Батяня-Николай — крепка рука,
А с тобою молодцы, ох, силушка.
Ах, Батяня-Николай — голова бела, но молода,
Батяня, Батька-Николай — славный сын Дмитрия.
Волюшка зовет, зовет, да не подойти,
Кровушка течет, течет по пахоте,
То ли это смертушка без времени пришла,
А то ли это рана не глубокая,
То ли этот лютый бой умоет навсегда,
А то ли суждено братки нам встретиться.
Слово молвил, подогрел наш батек,
Душу, душеньку задел, ох, как смог,
Дело будет жаркое, ох, мои сынки,
Не видать попятную, вам враги,
Эта бойня крепкая всех наградит с лихвой,
Мужа — вдоволь кровушкой, а женушку — слезой.
Красны стали зореньки, ой, да обожглись,
Клены да березоньки снова разошлись.
Побежали мал-мальцы по былой росе,
Возвратились молодцы, да не все.
Ох, земля, земелица приняла сынка,
Боль туманом стелится, ох, горюшко.
Lyrics translation
Maples and birches are dead.
Here on this hill — that's the trouble,
Knocking the soul out of the enemy.
This sturdy, all that is forgotten
Forever bitten off, but cooled down.
Ah, Father-Nicholas-strong hand,
And with you well done, Oh, silushka.
Ah, Father-Nicholas-the head is white, but young,
POPs, old Man-Nicholas — the glorious son of Dmitry.
Volyushka calls, calls, but do not approach,
Blood flows, flows through the plough,
Whether this is a death trap without time came,
Is it not a deep wound,
Whether this fierce battle will wash away forever,
And whether it is destined to meet us brothers.
The word said, warmed up our batek,
My soul, my darling, I touched, Oh, as I could,
It's going to be hot, Oh, my sons,
You can't back down, you have enemies,
This slaughterhouse is strong and will reward everyone with a vengeance,
The husband-plenty of blood, and the wife-a tear.
Red became zorenki, Oh, Yes burned,
The maples and birches parted again.
Ran little boys on the former dew,
Well done returned, but not all.
Oh, earth, earth has accepted my son,
The pain is like a fog, Oh, bitterly.