Тимур Шаов — Романс ревнивца song lyrics and translation
The page contains the lyrics and English translation of the song "Романс ревнивца" by Тимур Шаов.
Lyrics
В командировке я влачился
И думал: вдруг она с другим?
Стонал и тихо матерился.
С ней неизвестный мне другой,
Безнравственный и аморальный.
Она говорит ему: «Мой дорогой!»
А он кайфует, конь педальный!
Сбивая пепел на ковёр,
Нальёт себе неторопливо…
Небось, какой-нибудь майор
Или актёришка смазливый.
Её обнимет, паразит,
Она прильнёт к нему со стоном,
А от него, небось, разит
Густым мужским одеколоном.
Он ей целует плечи и уста
И обнимает прочие места.
И нагло получает наслажденье
В моём порнографическом виденье.
Какой ужасной будет месть!
Я крови жажду! Страсть Господня!
Он попирает мою честь,
По дому шастая в исподнем.
Он мою водку выпьет всю
И балыком моим закусит,
Потом ей скажет: «Усю-сю!» —
Она ответит: «Уси-пуси!»
И вот они ложатся спать.
Он вновь надушится в сортире.
Потом, врубив «Полёт валькирий»,
Рога мне будут удлинять.
Я не пойму никак:
Зачем ей этот бабник?
Он глуп наверняка
И чёрств, как тульский пряник.
Он ей там наплетёт,
Что луну с небес достанет,
А пол не подметёт,
Утюг чинить не станет.
Рукав не засучит,
Не вымоет посуду
И вряд ли отличит
Гуно от Букстехуде.
И этот циник и позёр
Ей скажет, выходя из ванной:
«Ну что же, где твой Командор?
Где его носит, Донна Анна?»
Вот тут вот появляюсь я,
Весь в белом, ну, или в светло-сером,
Красивый, грозный, как судья,
С большим железным револьвером.
Он закричит, что он здесь не при чём,
И тут же притворится кирпичом.
Сперва его, потом её, кокотку!
И выйду в ночь, забрав зубную щётку…
Мне мой психолог прописал
Клистир для снятья напряженья
И тем немного обуздал
Моё больное воображенье.
Дурных фантазий больше нет.
Я рад. И всё же для страховки
Куплю, ребята, пистолет
И отменю командировки.
Lyrics translation
I was on a business trip
I wondered if she was with someone else.
Moaning and swearing softly.
With her an unknown other,
Immoral and immoral.
She says to him, " My dear!"
And he gets high, the pedal horse!
Knocking ash on the carpet,
He'll pour himself a drink slowly…
Some major, I suppose
Or a pretty actor.
She will be hugged by a parasite,
She would cling to him with a groan,
And he probably stinks
Thick men's Cologne.
He kisses her shoulders and mouth
And embraces other places.
And brazenly gets pleasure
In my pornographic vision.
What a terrible revenge!
I'm thirsty for blood! The Passion Of God!
He tramples on my honor,
She was walking around the house in her underwear.
He'll drink all my vodka
And my salmon snack,
Then he'll tell her: "Hush-hush!» —
She will answer: "Ushi-pusi!"
So they go to bed.
He'll be perfumed again in the toilet.
Then, turning on "Flight of the Valkyries",
My horns will be lengthened.
I don't understand at all:
Why does she need this womanizer?
He's stupid for sure
And stale as Tula gingerbread.
He'll tell her,
That the moon from the sky will get,
And the floor won't be swept,
He won't fix the iron.
The sleeve will not roll up,
Won't wash the dishes
And hardly tell the difference
Gounod from Buxtehude.
And this cynic and a poseur
He will tell her as he comes out of the bathroom:
"Well, where is your commander?
Where is it, Donna Anna?"
That's where I come in,
All in white, or light gray,
Handsome, menacing, like a judge,
With a big iron revolver.
He will cry out that he has nothing to do with it,
And then pretend to be a brick.
First him, then her, that harlot!
And I'll go out into the night with my toothbrush…
My psychologist prescribed it for me
Clyster for relieving tension
And thus a little bit reined in
My sick imagination.
There are no more bad fantasies.
I'm glad. And yet for insurance
Buy, guys, a gun
I'll cancel my business trips.