Сергей Безруков — Исповедь хулигана song lyrics and translation
The page contains the lyrics and English translation of the song "Исповедь хулигана" by Сергей Безруков.
Lyrics
Не каждый умеет петь,
Не каждому дано яблоком
Падать к чужим ногам.
Сие есть самая великая исповедь,
Которой исповедуется хулиган.
Я нарочно иду нечесаным,
С головой, как керосиновая лампа, на плечах.
Ваших душ безлиственную осень
Мне нравится в потемках освещать.
Мне нравится, когда каменья брани
Летят в меня, как град рыгающей грозы,
Я только крепче жму тогда руками
Моих волос качнувшийся пузырь.
Так хорошо тогда мне вспоминать
Заросший пруд и хриплый звон ольхи,
Что где-то у меня живут отец и мать,
Которым наплевать на все мои стихи,
Которым дорог я, как поле и как плоть,
Как дождик, что весной взрыхляет зеленя.
Они бы вилами пришли вас заколоть
За каждый крик ваш, брошенный в меня.
Бедные, бедные крестьяне!
Вы, наверно, стали некрасивыми,
Так же боитесь бога и болотных недр.
О, если б вы понимали,
Что сын ваш в России
Самый лучший поэт!
Вы ль за жизнь его сердцем не индевели,
Когда босые ноги он в лужах осенних макал?
А теперь он ходит в цилиндре
И лакированных башмаках.
Но живет в нем задор прежней вправки
Деревенского озорника.
Каждой корове с вывески мясной лавки
Он кланяется издалека.
И, встречаясь с извозчиками на площади,
Вспоминая запах навоза с родных полей,
Он готов нести хвост каждой лошади,
Как венчального платья шлейф.
Я люблю родину.
Я очень люблю родину!
Хоть есть в ней грусти ивовая ржавь.
Приятны мне свиней испачканные морды
И в тишине ночной звенящий голос жаб.
Я нежно болен вспоминаньем детства,
Апрельских вечеров мне снится хмарь и сырь.
Как будто бы на корточки погреться
Присел наш клен перед костром зари.
О, сколько я на нем яиц из гнезд вороньих,
Карабкаясь по сучьям, воровал!
Все тот же ль он теперь, с верхушкою зеленой?
По-прежнему ль крепка его кора?
А ты, любимый,
Верный пегий пес?!
От старости ты стал визглив и слеп
И бродишь по двору, влача обвисший хвост,
Забыв чутьем, где двери и где хлев.
О, как мне дороги все те проказы,
Когда, у матери стянув краюху хлеба,
Кусали мы с тобой ее по разу,
Ни капельки друг другом не погребав.
Я все такой же.
Сердцем я все такой же.
Как васильки во ржи, цветут в лице глаза.
Стеля стихов злаченые рогожи,
Мне хочется вам нежное сказать.
Спокойной ночи!
Всем вам спокойной ночи!
Отзвенела по траве сумерек зари коса…
Мне сегодня хочется очень
Из окошка луну обоссать…
Синий свет, свет такой синий!
В эту синь даже умереть не жаль.
Ну так что ж, что кажусь я циником,
Прицепившим к заднице фонарь!
Старый, добрый, заезженный Пегас,
Мне ль нужна твоя мягкая рысь?
Я пришел, как суровый мастер,
Воспеть и прославить крыс.
Башка моя, словно август,
Льется бурливых волос вином.
Я хочу быть желтым парусом
В ту страну, куда мы плывем.
Lyrics translation
Not everyone can sing,
Not everyone is given an Apple
Fall at someone else's feet.
This is the greatest confession,
Which the bully confesses to.
I purposely go unkempt,
With a head like a kerosene lamp on his shoulders.
Of your shower the leafless autumn
I like to light up in the dark.
I like it when the stones are cursed
They fly at me like a belching thunderstorm,
I only press my hands harder then
My hair is a swaying bubble.
So good then for me to remember
Overgrown pond and hoarse ringing of alders,
That my father and mother live somewhere,
Who don't care about all my poems,
To whom I am dear as the field and as the flesh,
Like the rain that loosens the greenery in spring.
They would have come to stab you with pitchforks
For every cry you throw at me.
Poor, poor peasants!
You must have become ugly,
You are also afraid of God and the bowels of the swamp.
Oh, if you only understood,
That your son is in Russia
The best poet!
You didn't move your heart for his life,
When his bare feet were dipped in autumn puddles?
Now he wears a top hat
And patent leather shoes.
But it still has the zest of the old habit
The village mischief-maker.
Every cow from the butcher shop sign
He bows from afar.
And, meeting with cabs on the square,
Remembering the smell of manure from the native fields,
He is ready to carry the tail of every horse,
Like a wedding dress train.
I love my country.
I love my country very much!
At least there is a sadness in it willow rust.
I like pigs with dirty faces
And in the silence of the night the ringing voice of toads.
I am tenderly ill with the memory of my childhood,
On April evenings, I dream of the dark and damp.
It's like squatting down to warm up
Our maple tree sat down before the fire of dawn.
Oh, how many eggs I have on it from the crows ' nests,
Climbing through the branches, stealing!
Is it still the same now, with a green top?
Is its bark still strong?
And you, my love,
A faithful piebald dog?!
Old age has made you squeaky and blind
And you wander around the yard, dragging your drooping tail,
Forgetting by instinct where the doors are and where the barn is.
Oh, how dear all those pranks are to me,
When, at the mother having stolen a corner of bread,
You and I have bitten her once,
Not a bit of each other.
I'm still the same.
My heart is still the same.
Like cornflowers in the rye, flowers in the person's eyes.
Stele of poems Golden matting,
I want to say something tender to you.
Goodnight!
Good night, all of you!
The scythe rang on the grass of the dusk of dawn…
I'm really hungry today
From the window to piss on the moon…
Blue light, light so blue!
In this blue, even to die is not a pity.
Well, what do I look like a cynic for,
With a flashlight attached to his ass!
Old, good, worn-out Pegasus,
Do I need your soft trot?
I came as a harsh master,
Sing and glorify the rats.
My head is like August,
The wine is pouring from the boiling hair.
I want to be a yellow sail
To the country we are going to.