Тимур Шаов — Частный случай с бизнесменом song lyrics and translation
The page contains the lyrics and English translation of the song "Частный случай с бизнесменом" by Тимур Шаов.
Lyrics
Прибавочной стоимостью был озабочен.
Достаточно новый, достаточно русский,
Как все бизнесмены затраханный очень.
Фрустрации, стрессы, налоги, проплаты,
Пахал, как верблюд, через день напивался.
Других разбивают инсульты, инфаркты,
А с этим внезапно случился катарсис.
Он вдруг ощутил, что душа истомилась
И деньги не греют, и жить нет резона,
Бессмысленно все, и слеза покатилась
В бокал недопитого «дон периньона».
Вроде, тачка стоит наворочена,
И люстра висит позолоченна,
И тикает «роллекс» на левой руке,
Откуда ж в душе червоточина?
Спросил секретаршу: «Есть Бог, или нету?»
Она аж икнула, с испугу, наверно.
«Эх, жил несуразно, копил все монету,
Одну лишь молитву твердил ежедневно:
— О бог новорусский Мамона, гляди же:
Аз есмь раб твой нищий и милости ждущий.
Какой будет курс в понедельник на бирже?
Давай же нам днесь ты наш доллар насущный!"
Он вспомнил начало, горком комсомола,
Кооператив свой, едва ли не первый.
Он был тогда весел, приветлив и молод,
Жена не была еще крашенной стервой.
Но нет уж ни в ком той сердечности,
И столько кругом всякой нечисти.
И «роллекс» все тикает, гад, над душой,
Напоминает о вечности.
Чиновники душат, партнеры кидают.
Чуть что — эта свора сожрет — и забудет.
Бандиты, что крышу ему предлагают,
В сравнении с ними — приличные люди.
Страна беспредела, войны и безделья,
Безумных вождей, всеобъемлющих сплетен,
Держава рискованного земледелья,
Рискованной жизни, рискованной смерти.
А хочется просто картошки с селедкой
И жить тоже просто — без лжи и халтуры,
И с девушкой, нежной, наивной и кроткой,
Кататься на ослике в парке культуры.
Эх, сесть бы в беседке заброшенной
Да выпить портвейна хорошего,
А «роллекс» об пол растоптать, как змею,
Как символ проклятого прошлого!
Из офиса прочь, как из Ясной поляны,
Оделся, роняя кредитки и баксы,
Спустился в метро и один, без охраны,
Неважно, куда, но на волю, в пампасы!
И что-то в лице его было такое,
Что киллер, его поджидавший, смутился
И вдруг вспомнил маму и детство златое,
Вернулся домой и с тоски застрелился.
А он на метро, одинокий и лишний,
Уехал в деревню, в гнездо родовое.
Там бабушка лепит вареники с вишней,
Там тихо, и утром туман над рекою.
Но где-то в районе метро «Китай-город»
Кричащая совесть вдруг стала потише,
Припадок прошел, он почувствовал голод,
Пальто застегнул и на улицу вышел.
Галдели торговки, пристала путанка,
Сновали машины, в столице смеркалось.
Он вяло подумал: «В деревне рыбалка…»
Таксисту сказал: «Казино «Голден палас».
Следивший за шефом охранник неброский
Своим позвонил и сказал: «Все в порядке.
Сегодня доехал лишь до «Третьяковской».
А в прошлый-то раз аж до «Теплого стана»!
Lyrics translation
I was concerned about surplus value.
New enough, Russian enough,
As all businessmen fucked up very much.
Frustrations, stress, taxes, payments,
Ploughed like a camel, got drunk every other day.
Others are broken by strokes, heart attacks,
This one was suddenly cathartic.
He suddenly felt that his soul was tired
And money does not warm, and there is no reason to live,
Everything is meaningless, and a tear rolled down
Into a glass of half-drunk don Perignon.
Like, the car is tricked out,
And the chandelier is gilded,
And the rolex ticks on his left hand,
Why is there a wormhole in the soul?
I asked my Secretary: "Is there a God or not?"
She hiccuped, probably in fright.
"Oh, he lived absurdly, saved up all the money,
He repeated only one prayer every day:
- O God of the new Russian Mammon, look:
I am your servant, poor and waiting for mercy.
What will be the exchange rate on Monday?
Give us today you are our daily dollar!"
He remembered the beginning, the Komsomol city Committee,
The cooperative is its own, almost the first.
He was then gay, affable, and young,
My wife wasn't a dyed-in-the-wool bitch yet.
But there is no such cordiality in anyone,
And there are so many evil spirits around.
And the rollex is still ticking, the bastard, over the soul,
Reminds you of eternity.
Officials strangle, partners throw.
The next thing you know, this pack will eat you up and forget you.
Bandits that offer him a roof,
Compared to them, they are decent people.
Country of lawlessness, war and idleness,
Mad leaders, all-encompassing gossip,
The power of risky farming,
A risky life, a risky death.
And I just want potatoes with herring
And life is also simple-without lies and hack work,
And with a girl, gentle, naive and meek,
Ride a donkey in the Park of culture.
Oh, to sit in an abandoned gazebo
Yes drink some good port,
And "rollex" on the floor to trample, like a snake,
As a symbol of the cursed past!
From the office away, as from Yasnaya Polyana,
Got dressed, dropping credit cards and bucks,
Went down to the subway and alone, without security,
It doesn't matter where, but to freedom, to the pampas!
And there was something about his face,
That the killer, who was waiting for him, was confused
And suddenly I remembered my mother and Golden childhood,
I went home and shot myself out of boredom.
And he's on the subway, lonely and superfluous,
Went to the village, to the family nest.
There grandma makes dumplings with cherries,
It is quiet there, and in the morning there is a mist over the river.
But somewhere in the Kitay-Gorod metro area
The screaming conscience suddenly became quieter,
The fit passed, he felt hungry,
I buttoned my coat and went outside.
The hagglers were chattering, the putanka was accosting,
Cars were moving, and it was getting dark in the capital.
He thought dully: "Fishing in the village..."
I told the taxi driver: "Golden Palace casino.
The security guard who followed the chief was discreet
I called my friends and said: "It's all right.
Today I only reached the Tretyakov gallery.
And last time it was all the way to the "Warm camp"!