Олег Митяев — Челябинск song lyrics and translation
The page contains the lyrics and English translation of the song "Челябинск" by Олег Митяев.
Lyrics
Тонут домики в хляби,
Снова город Челябинск —
Мой родственник и чудак —
Сизым смогом одетый,
Спит и видит, что где-то
Все, было бы все не так,
Где-то же теплый климат
Без затяжной зимы.
Разве бы не смогли мы Жить там? Так что же мы,
Как катера из меди,
Портимся на мели?
Слушай, давай уедем
К морю, на край земли!
Врут, что ветры жестоки
Там, на Дальнем Востоке.
Hет, ветер здесь мил и пьян.
Чушь болтает на пляже,
Но под утро покажет нам
Дремлющий океан.
Где над водой не тает
Облака белый кит,
И между звезд катает
Всех, кто еще не спит.
И, как на нитках, в небе —
Сонные корабли…
Слушай, давай уедем
К морю, на край земли!
Нет, мой друг, опоздали,
Вряд ли дальние дали
Нам будут милей, чем дом.
Если даже уедешь —
Вряд ли что-то изменишь
Там, в прошлом своем потом.
Вот и свистит поземка
Стылую трель свою.
И у окна в потемках
Я допоздна стою.
А за окном аляпист,
Но прочих родней планет,
В желтых огнях Челябинск
Дремлет, как старый дед.
Lyrics translation
Houses are sinking in the mud,
Again the city of Chelyabinsk —
My relative and crank —
Blue smog clad,
He sleeps and sees that somewhere
Everything would be wrong,
Somewhere the same warm climate
Without a long winter.
Wouldn't we be able to Live there? So what are we,
As a boat of copper,
Are we broke?
Look, let's go
To the sea, to the end of the earth!
They lie that the winds are cruel
There, in the far East.
No, the wind is sweet and drunk here.
Talking nonsense on the beach,
But in the morning he will show us
The slumbering ocean.
Where it doesn't melt over water
Clouds white whale,
And between the stars rolls
All who are still awake.
And, as on strings, in the sky —
Sleepy ships…
Look, let's go
To the sea, to the end of the earth!
No, my friend, we are too late,
Hardly far away
We'll be better off than home.
Even if you leave —
It's unlikely to change anything
There, in the past, then.
Here's the snowdrift whistling
My cold trill.
And at the window in the dark
I stay up late.
But gaudy,
But other kinsfolk of planets
In the yellow lights of Chelyabinsk
Slumbers like an old grandfather.