Александр Градский — Песня без названия song lyrics and translation
The page contains the lyrics and English translation of the song "Песня без названия" by Александр Градский.
Lyrics
Мне несладок, неприятен дым сгоревшего Отечества,
Но его золой и пеплом не посыплю я главу.
Суть не в качестве лекарства, все равно недуг не лечится,
Ни за плату, ни по блату, ни во сне, ни на яву.
Кое-как по свету мыкались, привыкали, да не свыкнулись,
Лыко в строку, срока лихо и с киркою и с кнутом.
Век рычал звериным рыком, обличал, вещал и тыкал,
И стучал по рельсным стыкам и стелился под скотом.
Мы Россию просвистели и проспали на постели,
В статистических простатах оказалася моча.
Воспитать себя успели полу-сукой, полу-стервой,
Нас из стука сделал Сталин, а Ильич из кумача.
Слышишь, Ваня, шелест скатов. То с рассвета до заката,
Депутат бьет депутата покаянным кулаком.
И по данным Госкомстата, ты, Иван, не просто стадо,
Ты ступень и степень спада. Но не ведаешь о том.
Сопричастны этой участи, не участвуем, не учимся,
Не работая — завидуем, а завидуя — гнием.
И живем мы как получится, ну чуть хуже, чем валютчица,
Ну чуть хуже, чем политбюро, но все-таки живем.
Не важны нам беды русские, а Лансбергис и Прунскине,
Мы их, сдохнем, не отпустим. На миру красна нам смерть.
И вписался Руст искустно в ложе площади Прокрустово,
Да, что нам русты и прокрусты и прохвосты всех мастей.
Мы не сладили с эпохою, потому, что все нам… (все равно)
Разгильдяи, плуты, рохли. Невдомек кому мы в прок.
Будь ты рокер или инок, ты в советской луже вымок,
И прибудешь таковым ты, даже выйдя за порог.
Знаю я, что эта песня не к погоде и не к месту,
Мне из лестного-бы теста Вам пирожные печь.
Ох ребята, это мука, что-бы с голосом и слухом
Раздражать народу ухо, пробуждая дух и речь.
Lyrics translation
I don't like the smoke of a burned-out Fatherland,
But I will not sprinkle it with ashes and ashes.
The point is not as a medicine, still the disease is not treated,
Not for a fee, not for a bribe, not in a dream, not in reality.
Somehow we've been around the world, getting used to it, but we haven't got used to it,
Lycho in a row, and famously and with a pickaxe and a whip.
Vek snarled like a beast, denouncing, prophesying and poking,
And knocked on the rail joints and crept under the cattle.
We whistled through Russia and slept on the bed,
There was urine in the statistical prostates.
Raise yourself as a half-bitch, half-bitch,
Stalin made us out of knocking, and Ilyich made us out of Kumach.
You hear, Vanya, the rustle of stingrays. Then from dawn to dusk,
The Deputy hits the Deputy with a penitent fist.
And according to Goskomstat, you, Ivan, are not just a herd,
You are the stage and degree of decline. But you don't know it.
We participate in this fate, do not participate, do not learn,
Not working-we envy, and envying-rot.
And we live as it turns out, well, a little worse than a currency trader,
Well, a little worse than the Politburo, but still we live.
Not important to us the troubles of Russian and Lansbergis and Prunskiene,
We won't let them go. On the world, death is red for us.
And rust entered the box of Procrustovo square,
Yes, that we rusty and Procrustes and scoundrels of all stripes.
We have not finished with the epoch, because all of us... (all the same)
Slackers, rascals, crooks. I don't know who we're good for.
Whether you are a rocker or a monk, you are soaked in a Soviet puddle,
And you will arrive as such, even when you leave the threshold.
I know that this song is not for the weather and not for the place,
Me from flattering-would You test the brownies to bake.
Oh, guys, it's a pain to have a voice and a hearing
Irritate the ear of the people, awakening the spirit and speech.